Эпиграф

В каждой шутке есть доля правды (народная мудрость).

В каждой нашей шутке есть наша доля (автор).

 

А  ОЛЕНИ  ЛУЧШЕ

М. Горбунов
М. Горбунов
Апрель 2020 года. Надоела Москва с ее серыми небоскребами на месте прежних памятников старины. С ее нищими, выпрашивающими подаяние, сидя на подножках собственных «Мерсов» и «Ауди». С пугающими в сумраке, как чудовища из ужастика «Чужой», перекрученными земным тяготением и волей автора «склептурами» вездесущего Зураба. Все, ребята, возвращаюсь в Магадан!

    - Михаил, ты что звонишь ни свет, ни заря?!- на экране мобильника (такая телесвязь сейчас есть в самом глухом колымском селе) появляется заспанное милое лицо  моей знакомой и землячки по поселку Сеймчан,что в самом центре Магаданской области. - У нас три часа утра!

    -Ну,извини,- каюсь я,- да вот, домой собрался. Как там у нас температура?

     -Добро пожаловать: минус тридцать!- и мобильник дает сигнал отбоя. Слава Богу, хоть что-то на Северах остается неизменным!

     - Самолетом какой компании желаете лететь?- заученно ровно и вежливо осведомляется кассирша,- Эр Франс, Пан Америкен, Люфтганза, Манчжоу Го?

     Международный аэропорт «Магадан» открыт для всего мира. Но я выбираю отечественный «Аэрофлот». Неожиданно дама оживляется: «Компания «Мавиал», это ведь там у вас была и «лопнула»? Наша фирма сейчас заканчивает выплату ее бывшим пассажирам, которые не смогли улететь в 2006 году. Так что если у Вас есть претензии, или, может быть, старый билет сохранился- мы теперь обменяем!».

     Но ни претензий, ни билета у меня нет. И вскоре я уже сижу в одном из просторных кресел начинающего разбег великолепного и огромного Ту-400, произведенного  объединенной государственной корпорацией, которая создана Указом президента России  еще в 2007 году. Государственный капитализм в действии, однако!

     На соседних креслах расположилась шумная кампания  ребят. Выясняется, что они- студенты: из Ленинградского гидростроительного и «атомной» Дубны. Первые едут на практику на стройку четвертой ГЭС Колымского каскада. Вторые – уже заложенной Магаданской атомной АЭС. Всех их очень интересуют жизнь и трудовые будни северян.

   - Ну, что вам могу нового сказать,- честно повествую я,- давненько на Колыме не был. Морозы там. Море. Тайга. Я-то, как повысили пенсии тем, кто на Севере проработал более 30 лет, смог, наконец, из той пенсии подкопить на квартирку в Москве. На Кутузовском проспекте, где раньше селились лишь бывшие главы северных территорий. Душно там, шумно. Даже сауна на зимнем балконе не радует. Еще полно бывших северян в Твери. Мне там жилье предлагали по программе переселения. Но я не поехал – одни наши бывшие чиновники кругом, да «крутые» бизнесмены. Вот, домой потянуло…

   …Мы летим над морем. Высота приличная, но отчетливо вижу внизу на воде какие-то громоздкие темные туши. Киты? Ах, вот оно что!  Окликаю ребят: «Хотите поглядеть, как везут нефть из Магадана?».

     Цепочка танкеров - «трехсоттысячников» государственной компании тянется на перерабатывающий завод «Восточный» от месторождения «Магадан-2».

     -Кстати, - говорю я,- если кому интересны морские прогулки, то по Охотоморью и далее, с заходом в Японию, из Магадана ходят и круизные пассажирские лайнеры. Рекомендую самый комфортный – «Валентина С.». Назван так в честь ныне действующего президента Международного союза женщин Циркумполярья, некогда – «железной леди» магаданских властей. А есть еще «Антонина Л.» на подводных крыльях. Этот «человек и пароход» - в честь бывшего замгубернатора - редактора властной газеты, не менее «железного»…

   -Ну вот,- разочарованно вздыхает какая-то девчушка в ярком «всепогодном» комбинезоне,- а говорили «только самолетом можно долететь»…

   - Можно еще и поездом, по железной дороге,- окончательно развеиваю я былой миф,- от Москвы до самой Чукотки. Только ехать долго.

   -А скажите,- не унимается девчушка,- правда, что у вас там водится еще такой зверь- «олень», и на нем тоже можно куда-то поехать?

    - Можно!- уверенно отвечаю я.- И олени- лучше!  

                

СПИДВЕЙ   ПО  ИМЕНИ  «КОЛЫМА»

     Прекращаю воздушное путешествие в Якутске, куда наш Ту-400 по дороге забрасывает тамошних жителей. Давно не ездил по Колымской трассе. До боли захотелось вдруг вспомнить ее густую, долго висящую в воздухе пыль. Потрястись на могучих ухабах. А то и застрять с машиной в донных ямах  бурной речки, где такая чистая и вкусная вода «с вечной мерзлоты».

    Увы! Ровный, как скатерть, разглаженная на столешнице, безлико европейского типа спидвей- скоростная дорога «Колыма»- быстро укачивает меня. Дремлю в «Икарусе» под мерный перестук колес: трасса зачастую подходит близко к железной дороге, по которой все идут и идут в Магадан эшелоны. Пассажирских поездов немного. Куда больше грузовых: недавно отменили досрочный «северный завоз» и теперь по рельсам круглогодично отправляются на Колыму составы с продуктами питания и одеждой, горной техникой и электроникой.

    Среди бесчисленного перечня грузов нет лишь продукции Агропрома: местная структура сама полностью обеспечивает весь регион. По пути мы несколько раз сворачиваем с главной трассы и видим, к примеру,  водохранилище и плотину гудящей и ревущей Усть-Среднеканской ГЭС. Она снабжает энергией не только крупнейшие добычные производства, но и северный Агропром, а также продает свои киловатт-часы за пределы региона. Почти до самого водохранилища дотянулись поля бывшего совхоза «Сеймчан». Впрочем, почему- бывшего? На автобусной остановке «ГЭС-2» - маленький колхозный рынок, где меня, как ветерана Севера, гостеприимно угощают  отличной густой сметаной, свежими помидорами и аппетитно пахнущей чесноком копченой колбасой. Все – местное. На половину Среднеканского района раскинулись нынче угодья и собственные производства хозяйства.

    Хотя, надо сказать, сам район несколько изменил очертания за счет ликвидации неперспективных сел. Часть земель отошла Якутии, вместе с изрядной долей «нашего» отрезка федеральной трассы. Зато, по договору с Саха-республикой о сотрудничестве, теперь наши эвены  взамен получили обширные пастбища на ее территориях. Вот, как раз мы останавливаемся на дороге: через нее густым потоком все идет и идет кочевой аргиш. Почтенный эвен в уютной кухлянке, выслушав наш вопрос, набирает на «мобиле» телефон справочной службы облсельхозуправления, а затем коротко отвечает: «На сегодня 58 тысяч 580 оленей всего, в три раза больше, чем десять лет назад». Задумывается и добавляет: «Осенью будет отел. Значит, будет еще больше».

     Олени минуют спидвей. А «спидвей» в будущее для Колымы продолжается. За окном на горизонте проплывает мимо нас строгое пятидесятиэтажное административное здание ОАО «Полюс Золота», первого в мире по добыче драгметаллов. Ближе к дороге- нарядные вахтовые поселки «Полиметалла». А вот и Колымский аффинажный завод, чьи огромные корпуса уже поглотили едва ли не треть Хасынского района. Еще с полчаса – и перед нами Магадан. Мы подъезжаем к железнодорожному вокзалу.

              

ГУБЕРНИЯ   «МАГАДАН»

    Это просторное здание похоже, пожалуй, на Казанский вокзал в Москве. Стены покрыты фресками и барельефами, отображающими страницы истории Колымы. Есть автоматические камеры хранения. Буфет, на витрине которого с изумлением вижу бутерброды с черной икрой. По цене – настоящей.

   -Самая что ни на есть настоящая!- слышу за спиной знакомый голос. Оборачиваюсь. Это наш известный рыбопромышленник Михаил К. Здороваемся. Он рассказывает новости. Запущено еще два рыборазводных завода по лососевым.  Эксперимент по осетровым, начатый полтора десятка лет тому назад, увенчался полным успехом. Эта икра- первая сугубо местная. Еще правительство наконец-то отдало квоты на краба, креветку, минтая и прочую морскую живность на распределение местным властям, а также по районам, расположенным на берегах моря и рек.

   На разговор подходит еще один замечательный человек, в своем районе известный как Сан Саныч. Он только что прилетел из Родезии, где выгодно прикупил очередной рудник, на этот раз - алмазный. Сан Саныч доволен еще и тем, что встречает сейчас мэра Москвы. Тот едет в гости и по делам, и просто так: порыбачить, ушицы похлебать…

    За минувшие годы сильно разросшийся численно муниципальный оркестр играет марш. К перрону подходит фирменный пассажирский поезд «Москва-Магадан». Впереди- два  элитных вагона мэра российской столицы. Сзади – еще два, с решетками на окнах. Проходя мимо них, слышу шепот: «Золото партии я зарыл в магаданской земле!» Поднимаю глаза: Ба! Знакомые круглые щеки и мясистые губы Плохиша! Рядом громко разбивается о перрон электролампочка. Здоровенный рыжий верзила из-за решетки показывает мне язык и грозит рубильником. Его оттаскивает от окна охрана. А вот и сопровождающие новых зэков- из тамбура доносится чей-то радостный и тоже знакомый голос: «Говорил я, что пойдут вагоны на Север? Пошли, однозначно!».  

    А над ступеньками парадного вагона уже маячит до боли родная московская кепка. И навстречу высокому гостю  элегантно начинает движение ничуть не постаревший, все такой же подтянутый и улыбающийся мэр Магадана Владимир Петрович.

       Пока гости и хозяева обмениваются речами, мы сидим в вокзальном буфете с Сан Санычем и господином с Центральной Колымы, чье имя я на слух воспринимаю как «Ли Ваньмань». Родом он из провинции Хэйнань Китая, где «на халяву» или в обмен на рекламные «песни о главном» поперебывали уже, наверное, почти все работники современных областных СМИ. А угощает нас Ваньмань зеленым чаем «Тегуаньинь» («Черный Дракон»), который пьет сейчас вся Колыма.

     Китайцы, как рассказывает их представитель, на Центральной Колыме вовсю добывают золото и медь. Но граждан Китая среди них уже почти нет: все ассимилировались и получили гражданство России. Проще говоря, уже не иммигранты и не гастарбайтеры. А вот прав у них поболе, чем у русских. Внутри общины – исключительно свои законы, да и управляет этническими китайцами исключительно наш собеседник. Так что местные острословы частенько в шутку называют его «нашим губернатором по жизни». Впрочем, он и сам любит шутки, особенно- первоапрельские.

   -Вообще-то,- замечает Сан Саныч,- китайцев пригласил на Колыму под «свое крыло» еще Николай Дудов.  

   - О, бывший официальный губернатор области! А нынче кто на Колыме Хозяин?

   - А их теперь как бы два!- буквально огорошивает меня старый знакомый.-Области и  губернатор «города федерального подчинения Магадан»!  Как когда-то Валентина Матвиенко в Питере. И у нас, кстати, теперь снова -«большой Магадан»…

     Гостей по традиции везут в краеведческий музей, перед которым (через дорогу) ныне высится памятник: высокий худой человек в мундире генерала НКВД. В Магадане этот персонаж неплохо известен. По профессии – палеонтолог, политрук Первой Колымской экспедиции, ставший вскоре главным геологом Дальстроя, с чьей подаче в лагеря отправилось немало бывших соратников…На постаменте- подпись: «Соратнику Билибина, Первооткрывателю Колымы» и барельеф: геологи под конвоем…

   …Мы – в музее. Московские гости с недоумением рассматривают живой экспонат- лохматого мужичка в углу, огороженном бронестеклом, под плакатом «Последний «реформатор» Колымы». Увидя прессу, он сучит фигами, плюется на стекло и пытается обнажить «заднюю точку». Затем отбегает в угол и истово целует обмусоленные портретики «товарищей по партии Анатолия,Егора и Ирины». Не так смешно, как противно. Тем более, что настоящие реформы давно уже проводят другие партии и лица.

     Примерно треть экспозиций посвящены современности- экономическому и социальному развитию региона. Возле одного из стендов мне удается побеседовать с губернатором города Магадана. Спрашиваю, что нового произошло за последние годы.

    - Ну, сам видишь,- отвечает он,- Магадан действительно стал главным «нервным узлом» всей территории, «электронным городом». Бараков давно нет, как и очереди на жилье. А вырос больше, чем был когда-то. Сперва мы присоединили к нему два ближних района, потом- еще три. На территории остальных пользователи недр - крупные корпорации, они с нами на договорах: никуда мимо города не пройдешь. Он есть, был и будет!  

      На постоянно обновляемых стендах музея- макеты. Микрорайонов, которые построены для переселенных магаданцев на Дальнем Востоке и в Центральных районах страны. Многочисленных «хосписов» для одиноких северян, которые есть уже в каждом местном районе. Схемы четырех нефтяных «Магаданов», золотых и серебряных рудников…

      Мимо стендов ходит какой-то энергичный молодой человек и сам с собой разговаривает. За ним мечется пресса с диктофонами и видеокамерами. «Это- кто?!»- спрашиваю у встретившейся знакомой корреспондентки. «А это- председатель нашей думы нынешнего созыва,- отвечает она,- из питомцев ее Молодежной палаты. И не он один нынче во «взрослых» законодателях. Прежние составы вообще обленились: передадут, бывало, свое право голосования коллегам- и месяцами гуляют за пределами Колымы. До того доходило, что из 25 депутатов реально «вживую» на сессии заседало не более пяти.  Так молодежь теперь так «допекла» остальных, что все депутаты решили работать исключительно по своим округам, а председателю оставляют доверенности, где отмечают свое мнение о законопроектах. Вот он для нас и озвучивает. Мы- доносим до избирателей. А что, нам нравится! Познаем процесс законотворчества. Кстати, помнишь «телеСвету»? Она тоже вот так сперва знакомилась с законами, а теперь сама их пишет,  депутат Госдумы от Колымы…».

    …2020 год. Апрель. Иду по улицам Магадана. Холодно. Метет колючим снегом. Природа Севера неизменна. Она- экстремальна. И очень хочется, чтобы от нашего северного «экстрима» только эта составляющая и осталась. А еще – чтобы осталась наша История. И- колымский характер, который даже в экстремальных условиях всегда позволял нам шутить не только первого апреля!

  

   Михаил Горбунов,

     «Золотое перо Руси».

P.S. В Магадане владельцы некоей толстой частной газеты отказались публиковать этот первоапрельский рассказ: как бы мол не восприняла «не так» одна из героинь, изображенная «в виде парохода». То ли юмор у нас, знаете ли, у колымских властей и редакторов пока не в чести, то ли свобода слова вообще… В 2020 году «погоду» в местной прессе будут определять, надеюсь, сами журналисты.