С интересом и неоднократно прочитала статью М. Карпач «Как «Далеко от Москвы». По недокументированным данным,  знаю, что В. Ажаев при некоторой литературной подготовке - в лагерях был «стукачом», а после договора с органами НКВД был расконвоирован, стал «сексотом» («секретным сотрудником»), но не комсоргом на стройке.
 
Дневники комсорга стройки ему передали НКВДэшники за сотрудничество, он в них и рукописях путался еще на этапе подготовки публикации в журнале «Дальний Восток».
 
Может быть вы найдете чьи-то опубликованные воспоминания о совместном с Ажаевым  трудовом перевоспитании в ГУЛАГе, наверное, были такие после присвоения роману Сталинской премии 1 степени.
 
Выполняя политический заказ, ему помогали разные журналисты в редакции хабаровского журнала. Отец в этом не участвовал, держался от него подальше, ссылаясь на военную службу, а при визитах Ажаева детей отправляли гулять, чтобы чего лишнего не сболтнули...
 
Светлана Феоктистова,
Санкт-Петербург